Интернационализация предприятий, благо для Италии? Алессандро Минон (Финест): «Шансы на выживание у бизнеса возрастают»

27.07.2021 – 07.00 – В 1989 году была разрушена Берлинская стена – исчез тот «железный занавес», о котором говорил Уинстон Черчилль в знаменитой фултонской речи. «От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике железный занавес опустился на наш континент», – эти слова в 1946 году прогремели на весь мир. Отношения Запада и Востока перешли на новый уровень развития, экономики стран радикально менялись.
В этом контексте в 1991 году в соответствии с Законом 19-1991 в Италии была основана финансовая компания по содействию экономическому сотрудничеству со странами Восточной Европы Finest.
Главный офис расположился в городе Порденоне. Цель – стать «мостом» для бизнеса исторического региона Тривенето (Фриули-Венеция-Джулия, Венето и и Трентино-Альто-Адидже) и выстраивать деловые отношения со странами бывшего советского блока.
Сегодня Finest работает в 44 странах, включая Центральную и Восточную Европу, Балканы, Россию, страны СНГ и Средиземноморье. Является ценным союзником предприятий Северо-Восточной Италии.
Что означает интернационализация для самого бизнеса и для Италии в целом? Говорим об этом с президентом Finest Алессандро Миноном.

Что Вы имеете ввиду, когда говорите об интернационализации?

Цель компании и интересы предпринимателя – рост и прибыль. Это очевидно. Существуют различные виды интернационализации: например, предприятие, выпускающее успешный продукт, выходит на зарубежные рынки, создает коммерческую сеть, а инвестиции помогают обрести ей устойчивость и конкурентоспособность. Или же компания обладает определенным ноу-хау для предоставления услуг за рубежом, расширяя таким образом сеть потребителей, или же может закупать или заготавливать сырье в других странах. Представим, к примеру, предприятие, которое производит мебель – материалы (полуфабрикаты производства) идут из Македонии или Сербии, а в Италии непосредственно обработка, дизайн и развитие.

Реалистично рассуждать о том, чтобы делать все в Италии?

К сожалению, не всё так просто. Важно реалистично оценить в чем мы сильнее. Начать с идеи. В нашем случае, в Италии, это то, что включает в себя понятие «добавленная стоимость» – исследования и разработки, ручное производство, дизайн, маркетинг. В то же время, есть производственные этапы, которые проводить в Италии было бы ошибочным решением. Потому что в высококонкурентном мире приведет к банкротству предприятия.
Компания, которая предполагает провести весь производственный цикл в Италии, даже этапы производства с низкой добавленной стоимостью, рискует стать неконкурентоспособной. Это, в свою очередь, поставит под угрозу рабочие места. Неудивительно, что в этом контексте, говорится о глобальной цепочке стоимости.

О чем идет речь?

Возьмем пример из автопрома. На уровне логистики и организации для получения конечного продукта задействованы десятки компаний в разных странах мира. Мы покупаем автомобиль, который может быть собран в Италии, но комплектующие для него поставляются из многих других стран. Чтобы получить конечный продукт с максимальной эффективностью, все должны следовать одним и тем же правилам по качеству, срокам, сотрудничеству, обмену и информации. В конечном результате растет качество продукции, а стоимость снижается. Это глобальные цепочки создания стоимости.

С точки зрения компании, почему это более выгодно, чем обращаться напрямую к иностранному субподрядчику и выбирать лучшее предложение в конкретный момент?

Субподрядчик производит так называемые “товары”: товары и сырье, которые не дифференцированы. Тонна железа с определенными характеристиками остается тонной железа, независимо от того, кто ее производит, поэтому только цена имеет значение. Но в глобальной цепочке создания стоимости компания не является субподрядчиком, которая иногда может принять участие в торгах, а становится частью цепочки проектирования, исследований и организации. Таким образом, компания, к примеру, знает, что ей придется инвестировать в модернизацию производства в ближайшие три года, потому что стандарты могут измениться. Она также знает стоимость, по которой сможет реализовать продукт – самостоятельно оценивает инвестиции, которые необходимы. Больше уверенности, больше прибыли, и, конечно, больше правил, которые необходимо соблюдать. Проще говоря, формируется команда, и конечная добавленная стоимость распределяется таким образом, чтобы это приносило пользу всем компаниям в глобальной цепочке стоимости, которые, в свою очередь, связаны между собой контрактными отношениями.

Но нет ли опасности, что компания, работающая на зарубежных рынках, в какой-то момент решит «переехать» – исключительно из соображений выгоды?

Наша цель – создание рабочих мест, инвестиции и знания здесь в Италии, не говоря уже об увеличении налоговых поступлений. Но в принципе любая компания может делать то, что она хочет и двигаться туда, куда она хочет. Так что риски есть всегда. Однако, мы заметили, что многие предприниматели, особенно на Северо-Востоке, хотя и в курсе сложностей работы в своей стране, все же не желают менять генеральную локацию. Предпринимательский опыт за рубежом позволяет конструктивно критиковать и здраво рассуждать. Определенные продукты можно сделать лучше в Италии, другие – нет. Но и это можно рассматривать как возможность развиваться, на мой взгляд.

Возможность расти в экономическом плане для Италии?

Интернационализация превратила некоторые страны в мощные державы, я имею в виду, прежде всего, транснациональные корпорации США, которые работают по всему миру с невероятными оборотами. Безусловно, грамотное руководство интернационализацией приводит к экономическому росту, работает на престиж и, наконец, повышает могущество страны.
С другой стороны, интернационализация в более узком значении, то есть делокализация (изменение местоположения производственных сил компании), безусловно, не является благом для страны.
В современном мире, где границы с экономической точки зрения весьма условны, трудно представить успешные компании, которые растут, умудряясь выполнять все производственные этапы только в своей стране. Учитывая этот момент, мы должны поступать так, чтобы интернационализация стала благом для государства (вела к экономическому росту и формировала новые рабочие места), а не злом.

Что требуется изменить?

В этом контексте важно понятие “системы”. Италия может перестать терять свои позиции и наверстать упущенное, только если будет тесная синергия между государственным и частным секторами. Когда есть системный подход, государство не воспринимается компаниями как “враг”, который забирает деньги в виде налогов. При таком подходе государство помогает бизнесу расти, содействует развитию экспорта, в свою очередь, извлекая выгоду из этого. Следовательно, более конкурентоспособная страна может снизить налоги и одновременно повысить эффективность и желание инвестировать на территории. Поэтому я считаю, что мы должны улучшить функционирование итальянской «системы» – если верно, что существуют отдельные клетки, то верно и то, что организм уникален и един. Проще говоря, если экономика не растет, страна тоже не развивается. Вот почему я считаю, что роль Finest очень важна: мы можем быть связующим звеном между государством, которое желает расти и бизнесом, который стремится к эффективности. Взаимоотношения при этом строятся посредством диалога, а не противостояния.

А что насчет интернационализации “наоборот”: способен ли регион Фриули-Венеция-Джулия привлечь бизнес с других территорий?

Каждая территория должна использовать свои сильные стороны для привлечения бизнеса. В нашем регионе высокий уровень жизни, хорошее здравоохранение, скорость судопроизводства, квалифицированные технические специалисты и разработчики по конкурентным ценам по сравнению с другими странами, концентрация научных учреждений и высокий уровень университетского образования. Это, безусловно, привлекательно со стороны науки и высокотехнологичных компаний – в этом отношении мы видели возвращение Neurala в регион. Кроме того, есть и другие факторы – географическое расположение (приграничная территория), международный порт. Мы хоть и небольшой регион, но у нас есть потенциал роста и большие конкурентные преимущества, которые необходимо использовать максимально.

Интернационализация имеет необратимый характер?

Мы ее можем рассматривать как явление, которое, как правило, невозможно остановить – может меняться интенсивность, концентрация, локализация и режим. Тем не менее, если посмотрим на сегодняшнюю картину, увидим так называемый решоринг, переориентацию – возвращение компаний в свою страну (если не непосредственно в страну происхождения, то в Европу). К примеру, предприятия, которые производят продукцию в Китае, возвращаются на старый континент, или, в то же время, деятельность, базирующаяся в азиатских странах, «переезжает» в Европу.

Как повлиял Covid-19 на бизнес в международном масштабе?

Covid-19 добавил серьезных неудобств бизнесу многих стран. В то же время, стало очевидным, что компания, имеющая производственные мощности не только в своей стране, но и за рубежом, более устойчива к кризису – правила и антиковидные меры от государства к государству отличались. Так, некоторым удалось не останавливать деятельность в зарубежных филиалах и гарантировать клиентам поставки в срок. Например, у одного нашего клиента сборка товара идет в Италии и в Хорватии; в самые сложные месяцы он продолжал собираться в Хорватии, в то время как в Италии работы были «блокированы» ковидом. Шансы на выживание у бизнеса, таким образом, были.

Какие уроки должен извлечь бизнес из пандемии?

Вернемся к концепции “глобальных цепочек стоимости”. Это отличная возможность для развития компаний, но несет с собой и серьезный риск: если предприятие наладит цепочку стоимости, но не может поставлять товары в срок, ему грозит закрытие, потому что оно выпадает из схемы, перестает быть частью этой цепочки стоимости. Важно, что даже в самые сложные времена пандемии, итальянское государство разрешало компаниям-экспортерам продолжать деятельность, не прерывать производство, позволяя им, тем самым, сохранять свои позиции в цепочках стоимости. Covid-19 изменил мир, в том числе, с точки зрения коммуникаций и перемещений. Компании, которые адаптировались к новым условиям (как в технологическом плане, так и в управлении за счет внедрения новых рабочих моделей) стали более эффективными. Кто этого не сделал, сегодня сталкиваются с серьезными проблемами.

С одной стороны, мир крупных финансов. С другой – реальность отдельного предприятия. Как эффективно работать, учитывая интересы каждой из сторон?

Необходимо разбираться в нюансах экономической политики регионов, а также говорить на языке предпринимателей, полностью понимая их проблемы. В то же время, важно знать механизмы работы холдингов, поскольку при оказании поддержки и инвестициях необходимо учитывать важный момент: Finest управляет государственными деньгами и принципиально важно уметь поддерживать тонкий баланс между предоставлением максимально возможной выгоды итальянскому инвестору и сдерживанием рисков, а они при инвестировании всегда есть.
Большинство предпринимателей не обладают знаниями о так называемом мире больших финансов. Это, прежде всего, люди, которые работают на местах, на передовой. Поэтому мы не должны забывать, что решения, которые принимаются на определенных высоких уровнях, в конечном счете влияют на частную жизнь отдельных людей. Человек только при наличии хорошей стабильной работы может обеспечить свою семью всем необходимым: взять ипотеку, чтобы купить собственный дом, дать детям хорошее образование в университете.
Поэтому когда мы видим, что благодаря Finest и ответственным решениям и действиям нашей компании предприятие-партнер развивается, увеличивает штат сотрудников, наращивает производственные мощности и растет, это всегда приносит большое удовлетворение.

[eng] [ita]